На первую страницуНа первую страницу
 
Рада & Терновник |Тексты и стихи
 
  • тексты песен с альбома ЗАГОВОРЫ, а также, рецензии на диск ЗАГОВОРЫ, Рада о песнях с альбома ЗАГОВОРЫ
 

фоторепортаж с презентации диска ЗАГОВОРЫ смотрим здесь, DVD с презентации ЗАГОВОРЫ можно приобрести здесь а сам диск ЗАГОВОРЫ - здесь

фотографии музыкантов (и их инструментов), принявших участие в записи диска, можно посмотреть на этой страничке.

   
   

песни: А не быть ветрам - Говорили, Сероглазка, Солнце Ясно, Горем запорошена, Чуяла птица, Ветрено, Липкие пальцы, Холодно, На озерах лед, Улетая, Княгиня, Трава, Змеи.

послушать : Чуяла птица, Сероглазка, Холодно

в записи принимали участие: Рада - вокал, тексты, песни; Владимир Анчевский - гитары, запись, сведение; Игорь Черных - бас-гитара; Дмитрий Глазов - ударные; Андрей Панкратов - ударные; Сергей Летов - саксофон, флейта; Дмитрий Глоба - вокал, ганлин, дунчен, гонг, диджерриду; Сергей Старостин - рожок, двойчатки, калюка; Борис Марков - канжира; Анастасия Паписова - кельтская арфа.

тексты песен и комментарии Рады:

А не быть ветрам\Говорила, говорила...

А не быть ветрам - да повеяли
А не быть огню - да порушен дом
А не быть зиме - да белым-бело за окном
А уйти бы мне - да ноги не идут
А любить бы мне - да сердце высохло
А свила б гнездо птица вольная
Да деревья жгут
А домой бежать - да двери на замке
А лететь бы в небо да крыльев нет
А заснуть забыть про горе про беду
Да люди не дают
Говорила, говорила, провожала, провожала
Слезы лила, горькую пила воду
Уходили, уходили, расставались, расставались
Белым огнем по снегу след на запад
Не узнаешь, не узнаешь, не увидишь, не увидишь
По тонкому льду, к тебе я иду навстречу
Возвращайся, возвращайся, белой птицей, синей птицей
Забвения снег в чужой стороне растает

эта песня уже была записана на "Женитьбе", но мы решили снова записать ее, уже с мощным зачином - тибетскими трубами (звучат дунчены), диджерриду, с более мощным звучанием. эта песня похожа по тексту и мелодии на русские лирические песни: тут и характерное построение " а не быть .... - да....", и повторы, и печальная мелодия.из-за тибетского зачина, песня приобрела эпическое звучание, оказался такой русско-тибетский-лирико-героический эпос.

 

 

Птица

Чуяла птица холодную зиму
Чуяла птица снег глубок
Чуяла птица дома чужие
Дома чужие - ржавый замок

На камне птица сушила крылья
По речке икона плыла в никуда
По рукам били - сговорили
А как отец свою дочь продавал

Замерзли руки холодной зимою
Сердце сковало серым льдом
По рукам били - сговорили
Улетала птица - покидала дом

получилась свадебная песня, выдержанная в стиле песен, которые пели подружки, уезжающей из родного дома невесте. девушку сравнивали с птицей - птица улетает, девушка покидает дом. пронзительный рожок Сергей Старостина сплетается с горловым пением Димы Глоба, Дима ведет здесь какую-то свою пустынную и задумчивую акынскую линию. в итоге, - песня-прощание.

 

Княгиня

Выходила княгиня на порог
Открывала княгиня свое лицо
Созывала княгиня своих детей
Отдавала княгиня душу ветру

Отпускала княгиня своих детей
По миру идти сердце потерять
Среди моря стоит ледяной дворец
Во дворце ларец каменный искать

А в ларце живет грусть-тоска моя
Ты зови ее пусть летит ко мне
Хватит ей одной горе вековать
За столом сидеть буду рядом с ней.

Открывала княгиня свое лицо
Каменели птицы на лету
Отпускала княгиня своих детей
Отдавала княгиня душу ветру.

эта песня сочинилась после того, как мы записали на "Женитьбе" ансамбль "Ясный день", спевший "Выходил князь молодой". Немного сходное настроение. Княгиня - это очень стремный персонаж. Она абсолютно одинока, она отдала все, что у нее было, отпустила детей в мир, отпустила душу на волю ветра, призвала к себе, до поры до времени, запертую грусть-тоску. она ушла от мира - теперь есть только ее тоска, которая уже не страшна ей, она может призвать грусть-тоску к себе и стать ее сестрой, подругой. так Княгиня будет не одинока. к концу песни это уже такой мифологический и мощный персонаж, типа Святогора, земля не держит ее, птицы каменеют, увидев ее лицо. это стихия. песня сама немного в ретро звучании, как рассказ о прошлом, Сережа Летов играет здесь на саксе таким скрипучим чуть звуком, как старая пластинка, играет музыку, слегка похожую на музыку из фильма "Последний дюйм", и тут очень красивая, мощная гитара. сплетение мощной безумной гитары и печально сумасшедшего саксофона.

 

Сероглазка

Сероглазка куда идешь?
Два глазика спят, а третий не спит
Желтая луна тебя зовет
Куда идти говорит
По круглой земле идти не свернуть
Горы-косогоры - реки - моря
Идти всю жизнь, петлями путь
Идти не свернуть - круглая земля
Сероглазка, где твой король?
Где твоя боль, где твои глаза?
Два глазика спят, а третий не спит
Куда идти тебе говорит.
Круглая земля ложится под ноги
Так и стелется, так и льнет к ногам
Сероглазка, король твой
Уплыл к далеким берегам.

в этой песне сплелись "Сероглазый король" ("Слава тебе безысходная боль, умер вчера сероглазый король") и сказки про всяких несчастных падчериц, которых охраняли трехглазые сестры. так появилась на свет Сероглазка. она идет по круглой земле в нескончаемый свой путь, заснуть она не может, ибо третий глаз всегда бодрствует. король - это не только любовь, это и цель, за которой можно идти по круглой земле и не приблизиться. песня сказочная, Настя на кельтской арфе играет здесь почти эльфийскую, немного задумчивую, немного кокетливую партию.

 

Горем запорошена

Горем запорошена
Огорошена душа
Речкой слезной ров заполнен - не подойти
В колокол ударить
Вестью колокольной пролететь
Письма писать
Ответа не найти
Горючими слезами написать тебе на память
В окошко постучаться -
Прозвенеть колоколами
Белою метелью постучаться в твои двери
А увидишь белу птицу -
Глазам не поверишь.
Ночью глухою
Не слышно ни звука ни шороха
Птицы кричат, стрелы летят
Из облака
Тех, кто заснет этой ночью
Уже не добудишься
Убежит ускользнет из сна
По темной улице.

это песня о любви. а еще, о воробьиных ночах, о недосягаемости ответов, об ожидании, о любви, короче. красивые очень калюки прописал здесь Старостин. получилась любовь со славянским звуком.

 

Холодно (плач)

Что же так холодно?
Что так невесело?
Что же так темно?
Был бы я молодым
Был бы красивым я
Я б ушел давно.
Шел бы я по лесу
По лесу краю за
Разум растерял
Голую ветку я
Звал бы невестою
Головой качал
Что ж ты покинула
Радость моя меня
На кого?
На тихие оклики
На громкие окрики
Шепот за окном.
Шкурка моя горит
А хозяин спит
Тридевятым сном
Веточка вербочка
Серая девочка
Выйди на огонь.
Выйдешь на огонек
Выведет не ропщи
В темные леса
Осенью позднею
Глазки холодные
Не до сна.

 

эта песня была написана после того, как я послушала кассету с фольклорными записями, на одной из кассет был записан плач, исполнявшийся бабушкой, судя по голосу, когда она перед исполнением говорила, довольно старой. плакала она запредельно - переходя с ультразвуковых пробивающих верхних нот на скрипучие низы и уходя обратно на птичий высокий звук. до того, мы занимались у Димы Фокина фольклорным пением и Дима рассказывал, что плакать (петь плач) надо просто - расслабиться и начать просто "гнать" - просто начать на такой плачущий распев про то, что вот прямо сейчас тебе не нравится. мне в тот момент было холодно. я начала про это петь, остальные слова просто всплывали в голове сами собой. текст был длиннее, пришлось из него вырезать половину. то есть, этот текст - в чистом виде поток сознания, спет после того, как я услышала кассету с бабушкой вот с такими переходами (как смогла). настроение песни в немалой степени создает тибетский ритуальный инструмент ганлин. его используют в практике Чод, практикующие Чод йогины играют на ганлине, созывая голодных духов и предлагая им свою плоть, осществляя таким образов сострадание. ганлин удивительно правильно здесь звучит, играет, конечно, не ритуальную тибетскую мелодию. в середине звучит гитарная партия, сыграная электронным смычком, похожа на что-то вроде дудука.

 

Улетая

Улетая на небо
Ускользая из обьятий
Облетают лица
Осенью поздней
Слишком мало им осталось
На осеннем теплом солнце
А придет зимой усталость
Ветром выдует оконце.

был такой стих Догэна о листьях, доживающих последние мгновенья на осеннем солнышке. стих найти не могу, а вот песня по мотивам осталась. мы ее сначала записали как очень такую серьезную, потом пришел Сережа Старостин и прописал дудки-двойчатки - песня обрела сумасшедшее настроение.

 

На озерах лед

На озерах лед
Под водою грот
А в руке агат
Духи здешних мест
Оборвав полет
Чайками кричат.
Не зови меня
Не ищи меня
В доме ледяном
В полынье вода
Песенка беда
Солнце колесом.
Не ищи меня
Не зови меня
Холодно в снегу
Тает тает лед
Под водою грот
Я к тебе иду.
В жены не зови
Холодно в крови
Тонкий лед весной
Неба синева
Да болят глаза
Душу успокой.

песня была написана после возвращения с озера Байкал, на берегу которого, в деревянной избушке мы сыграли концерт для деревенских детей. В 30 градусный мороз мы с Анчевским искали этот дом, где живет Женя Кравкль, такой бард. Светило ярчайшее солнце, мы шли по льду речки, пересекающей деревню Листвянка, нашли полынью, встретили рыжего кота, в воздухе было ярко, холодно, очень странно и казалось, что вокруг нас вьются духи местности.агаты, впрочем, тоже были - их продавали на берегу Байкала предприимчивые местные жители, они вырезали из камней Бурханов, таких маленьких каменных идолов, говоря, что это духи Байкала.песня очень громкая, тревожная, пронзительная. на заднем плане звучит диджерриду такими вздохами - как будто духи озера вздыхают.

Змеи

Черные змеи
В дом мой влетели
Огнем обернулись
Глазки заалели

из-под снега к солнцу
речка вьется
не найти дорогу
мне зимою

за глазами голью
над глазами солью
меня обручили
с говорливой болью

обернусь я снегом
упаду я следом
может не заметит
меня злобный ветер

как-то я купила книжку "777 заговоров русского народа" - такой сборник. там был заговор "от огненного змея, летающего к женщине, которая по нем тоскует". еще был Афанасьев, который тоже рассказывал о огенном змее, толкуемом Афанасьевым как одушевление молнии. можно считать, что это такой заговор от огненного змея.

 

Ветрено

Ветрено... Слишком ветрено
Мое сердце ветром унесет
Ветрено... Слишком ветрено
Не удержишься на краю

Мысли бабочками
Листья ласточками улетят

я живу на 16 этаже, у нас всегда ветрено. ветер это живое существо, оно слишком сильное, оно уносит мысли, чувства, сердце... с ветром надо быть очень осторожной. песня построена на воздушном сплетении низкой флейты и саксофона Летова. волнами катятся звуки и сакса и флейты и арфы. получается движение воздуха - ветер.

 

Трава

Трава трава отрава
Тает
Туман глаза
Застилает
Талая вода
Стала
То тоска
От меня устала
Уходи упади
Боль моя
Не жди меня
Ягоды вороны
На четыре стороны
Уходи
Боль моя не жди меня

вот это заговор в чистом виде. хотя и вспомненный мною. ощущение леса в тумане, серый рассвет, сумеречное состояние. рассыпаются черные ягодки, видимо, вороний глаз, стоит талая вода во вмятинах на земле, туман низко над землей стелется. рассыпаются ягоды и боль уходит, рассыпается. что-то бормочет Дима Глоба в диджерриду, саксофон совершенно безумный, колдовской, шепотки со всех сторон - "трава, отрава..." для интересующихся - это не "травка" имеется в виду, а травы колдовские ядовитые - волчий глаз и подобные. отрава тает в тумане.

 

Солнце ясно

Солнце ясно встает
Дева красная идет

А куда ни глянет - там война
А куда ни ступит - там стена
А на небо глянет - там укор
А на землю ступит - там позор
А корабль увидит - а он ко дну
А на бабу глянет - а баба больна
Облако заденет - черный дождь
Музыку услышит, да лопнет струна

Слепит ясно ее взор
Сходит солнце ясно - дева красна с темных гор

А куда ни глянет - там война
А куда ни ступит - там стена
А на небо глянет - там укор
А на землю ступит - там позор
А корабль увидит - а он ко дну
А на бабу глянет - а баба больна
Облако заденет - черный дождь
Музыку услышит, да лопнет струна

Ходит дева красна - а на платье цветной узор
Сходит солнце ясно - дева красна с темных гор

у кого-то ясно солнышко это мужик, а у нас ясная красная девушка в цветном узорчатом платье. взор ее слепит, смотреть на нее нельзя. она идет по миру-небосводу но взгляду остановиться не на чем. за что ни возьмись, на что ни глянь - все как-то печально... короче, не на что солнышку - красивой девушке глянуть. кали-юга, одним словом. а песня красивая, все равно же красиво на свете. и финал очень красивый - где сплетается флейта Сережи Летова с рожком Сережи Старостина.

 

Липкие пальцы

Липкие пальцы в облако влипли
В венах текла загустевшая кровь
И шелестело голосом сиплым
Здравствуй, милый, я твоя зазноба
Я твоя боль

Завтра мы будем кому-то молиться
Чтобы в глазу не застыла водица
Озверевшие звери поверили в нас
И у наших ног ожидают приказ

Ошалевшие, незваные
Гости в дом - хозяин на улицу
Сквозь метель идет - сутулится
Глазки мокрые - ноги ватные

А спираль развернулась - ударила в глаз
Затвердела земля на морозе
Без вина виноградные гроздья
Плоть алкали - вином заливали

Только буквы свернулись пушистым листочком
Набухали угли, прорастали строчки
Между писем летел опостылевший ветер
Уносился пепел в надувной карете

До рассвета жили, а потом старели
А потом сжигали, а потом горели
А потом пытались помереть, да поздно -
Заблудили нас блудливые звезды.

старая песня, была записана и выпущена на альбоме "Книга о жестокости женщин". сейчас эта песня иногда исполняется на наших акустических концертах и ощущается совсем по-другому. спокойней, размеренней. грусть, в ней присутствующая, теперь ощущается как мудрость, спокойствие, появился такой взгляд немного со стороны. то есть, теперь она поется как рассказ о уже прошедших событиях. в этой версии звучат акустические гитары, легкая изящная перкуссия Бори Маркова. получилась очень воздушная, прозрачная песня.

 

 

   

"Музыка "Рады & Терновника" заряжена весьма и весьма эротично. Не в том смысле, что солист, как это случается с другими коллективами, сопит, стонет в тяжело дышит в микрофон, но сама динамика, композиция и даже запредельная голосовая эквилибристика Рады - апеллируют к самым непосредственным, базовым, телесным функциям организма. К любви, к дыханию, к смерти. "Рада & Терновник", с бесконечными готическими завитушками радиных вокализов, элегантно упрятанной в микс гитарой и настойчиво пробивающейся, авангардной, местами почти нойзовой перкуссией - была и остается (возможно) лучшей и в любом случае - одной из самых своеобразных групп русской независимой музыки."

Михаил Вербицкий