ВСЕ ВОПРОСЫ ПО организации концерта "Рада и Терновник" ВЫ МОЖЕТЕ ЗАДАТЬ ПО АДРЕСУ Этот адрес электронной почты защищён от спам-ботов. У вас должен быть включен JavaScript для просмотра.

Интервью посвящено выходу диска Книга о жестокости женщин - 2000 год

Что вы сделали за два года между последним диском и "My Love My Sorrow"?

Мы выпустили "электрический" концертник "Холодные времена" на "Ур-Реалисте", много выступали как с электрической программой, так и с акустической (табла, скрипка, гитара). Потом, в прошлом году, мы познакомились с изумительными музыкантами - виолончелисткой Лизой Наливайко и фаготистом Петром Бугрименко. Эти ребята играют симфоническую музыку в камерном оркестре KREMLIN. С ними мы сделали новый акустический состав с уникальным звучанием: фагот, виолончель, табла, перкуссия, акустическая гитара и контрабас. Сейчас мы записываемся в этом составе.

Этот альбом, кажется, находится в женской вселенной (female universe)? Так ли это? Не могла бы рассказать подробнее о текстах и о названии альбома?

Не знаю, как насчет универса, но в этом альбоме главенствует порождающее, сумеречное, интуитивное начало. В принципе, это начало называют женским. Хотя, это обозначение не имеет отношения к полу. В каждом есть и женское и мужское начало. Здесь больше интуиция, праджня, иррациональность. Название это отсыл к восточным сказкам (Персия, Иран, Турция и пр.). Именно там развито понятие "жестокосердная красавица". Обычная сюжетная линия в этих сказках - прекрасная девушка смеется над влюбленным в нее юношей, ехидно отвечает ему, "убивает" красотой. Юноша всячески бледнеет, сохнет, чахнет и блекнет. Красота - это всегда жестокость. Красивый голос - это жестоко, красивые стихи - жестоко, прекрасное лицо - жестоко. Потому что человек видит нечто, напоминающее ему о мире высшем, горнем. Человек понимает пропасть, отделяющую его от человека такового, каким он был задуман, от человека истинного, находящегося внутри нас в виде зародыша, давно затерявшегося в расщелинах сердца. Человек понимает, что нечто истинное слишком далеко от него. Напоминанием об этом является красота. Истина всегда красива и жестока, потому что показывает неистинность и несостоятельность нашей обыденной жизни. Название - об этом. Красота напоминает нам о недоступном для нас мире, о том, что кроме наших каждодневных забот, которые кажутся нам столь важными, есть дивные миры, где мы сейчас не нужны и куда мы в ближайшее время скорее всего не попадем. По отношению к человеку, это жестоко. Это как показать умирающему от голода пышный пир.

А я пою как сирена о недоступном мире. Поэтому, это очень жестокий альбом. Можно еще вспомнить о изумительных голосах сирен, которые губили моряков не скрежещущим воем, а невыносимо прекрасным пением. "Книга..." об этом.

По музыке, в этом альбоме много экзотических инструментов - табла,диджерриду, цимбалы, индийская гармоника, даже скрипка звучит по индусски. Получаются немного восточные мотивы, перемешанные с невероятно печальными песнями. Одну из песен я спела с исполнительницей русского фолка Милой Кикиной, которая поет низкий бэк-вокал. Там удвоенная женская жестокость.

Все песни озаглавлены кириллицей, кроме Waltz и Waltz. Это случайно, или есть какая-то причина?

Waltz получился какой-то немецкий и слегка издевательский, хоть и добрый. В названии - неметчина и смех. John song - первые три строчки приснились моему приятелю, который именует себя John и часто так подписывается. Так что, причина банальна.

В предыдущем интервью, два года назад, ты рассказывала, что сочиняешь в некотором трансе, когда голоса звучат в воздухе. Так ли это и в этом альбоме?

Ну, это вообще не так. Я рассказывала, что я слышала небесное пение и пыталась найти этот звук, которым пели сверху. А сочиняю я не в трансе, а в транспорте большей частью. В метро, автобусе, иногда дома. Просто надо расслабиться, увидеть картинку (движущуюся) и как можно более точно ее описать. То есть, никто мне не диктует стихов. То есть, процент осознанности того, что происходит очень велик. Забавно то, что бывает, что написав текст, я начинаю его петь и некоторые слова видоизменяются. Начинаешь менять слова во время пения. Музыка подсказывает более точный смысловой акцент. Может _это_ транс?

Не могла бы ты описать альбом трек-за-треком (когда сочинен, с какими мыслями и т.д.)?

Это "Книга...". Соответственно, есть завязка, кульминация, эпилог.

1 "Небесный город" - это даже не завязка действия, это пролог. Спокойная песня, мягко спетая. Это застывшая картинка небесного города. На земле "не зажгли огней" и небесный город, плавно перемещающийся в пространстве на землю не опустится, за отсутствием ориентиров. Все компасы лгут.

2 "Когда будет тепло" - вот это уже начало действия. В этой песне ожидание тепла, капели. Начало поворота от снежной и холодной зимы к оттаиванию, весеннему запаху. Тревожный ритм создается одновременно табла, скрипкой, цимбалами. Индийская гармоника ведет рисунок слегка напоминающий грузинскую народную мелодию.

3 "Игрушечные сны" - наименее, пожалуй, фолковая песня из всех треков. По ощущению - это напряженное всматривание в реальность _иного_ мира - может игрушечного, но лишь по размерам. Это очень старая песня, ей лет десять и мы ее играли в самых разных вариантах - в электричестве - очень жестко; под акустическую гитару - как балладу, но вот этот вариант наиболее правилен. Напряженность здесь создается монотонным рисунком цимбал, играющих почти марш.

4 "По костям ходили" - В этой песне впервые мы записали женский бэк-вокал. Низким голосом здесь поет дочь моей вокальной преподавательницы, исполнительница русских народных песен Мила Кикина. В итоге, получилось, что две девушки рассказывают одновременно одну и ту же историю, но по-разному. Как бы, нет бэк-вокала и основного вокала - две равноправные истории. В этом треке появляются впервые на альбоме барабаны. Сама мелодия похожа на северные русские песни - печально повествовательная. Текст очень простой - про любовь, замораживание сердца возлюбленного и из той же оперы все.

5 "Потемнело" - это кульминация истории. "Уносили твою душу над лесами". Это полный отрыв от земли, карта Таро "Повешеный" (переворот сознания - когда верха и низа больше нет (а его и нет)), другой пласт существования (ну или другой мир - лока) - скорее духов, обитающих между небом и землей, нежели людей. Есть множественные иллюстрации к русским былинам, где лежит богатырь в чистом поле, над ним ворон, рядом стоит коричневый конь с большими глазами, и ветром обдувает раны. Вот это примерно такая же картинка - эпично печальная, хотя песня тоже про любовь, наверное.
Здесь испуганным слоном звучит австралийская труба диджерриду, на полную катушку играют жесткий рисунок барабаны и творится некое буйство звуков.

6 "И вонзается в землю копье". Ну, тут уже осмысление того, что собственно произошло. Можно осмотреться вокруг. Вокруг картина застывшая и пустынная. После урагана всегда так. Это остановка во времени - все только будет. Прошедший ураган - это не завершение истории, а фрагмент ее. "Будут всадники, будет зверье. Что захочешь - увидишь. Твое". Главное - все будет значительно точнее, чем мы представили. Точность, от которой останавливается сердце. Вот, об этой неминуемой точности - этот трек. Здесь низким звуком прописана старинная немецкая фисгармония и слышен скрип потрескавшихся мехов и ножной педали.

7 "Липкие пальцы" - после остановки, сознание и сердце начинают фурычить. Мы записывали эту песню во время жуткого летнего ливня. Машины еле ехали по шоссе, все было почти внутриутробным - мокрым и теплым. Гена (скрипач) играл треки один за другим и не мог остановиться, чувствуя, что досказать это чувство необходимо. Вроде бы, досказал.

8 "John Song" - это успокоение эмоций. Если бы этой песни не было, получилось бы нечестно. Во всякой эмоциональной буре есть этот момент - момент успокоения, улыбки, когда переводят дыхание. Это очень легкая песня.

9 "И время выжженое вслух" - это романс. Он полностью построен как эмигрантское творчество раннего Александра Вертинского, который пел как раз под аккомпанемент рояля и скрипки. Забавно, что на этом треке и на "Waltz" играет на пианино Александр Андрюшкин, барабанщик панк-группы "Гражданская оборона".

10 "Что там за воротами" - Это развязка всех событий. Это песня, после которой сказать уже нечего. Она задумывалась как абсолютная импровизация. То есть, музыканту включали запись, нажимали на "рекорд" и писали все, что им игралось. Так мы записали бас-гитару, наигравшую разные рисунки, табла, скрипку, вокал Гены. Достаточно длинный текст наговаривает одновременно несколько вокалов.

11 "Waltz" - шансон. Эпилог. Сочетание индийской гармоники и слегка расстроенного пианино.

В этом диске ты поешь выше и предпочитаешь резкие тона. Это развитие твоего стиля, или это нечто, что ты сочла нужным сделать именно в этих песнях?

Голос - это энергия и зеркало. В тот момент, когда мы записывали песни мой голос отразил мир и песни именно так.

Почему ты решила отказаться от трип-хоповой атмосферы первого диска?

Потому что, мы живые люди, а не музыкальные программы. Вообще-то, трип-хоп полностью делал Анчевский. Придумал аранжировки, записывал и пр. Он научился это делать и ему дальше это делать уже неинтересно.

"Что там за воротами?" звучит очень гипнотически. Рассчитана ли она на то, что ввести слушателей в некий транс?

То есть, писала ли я эту песню с таким расчетом? Нет. Что мне делать нечего? Я певица, а не гипнотизер. Когда я захочу лавров Месмера, я подумаю над этим вопросом.

Кстати, если говорить про более фолковые из песен - там есть разные звучания, от славянской музыки и до мира Индии. Может ли так быть, что все эти различные стили содержатся в великой русской фольклорной традиции?

Они все содержатся в моей великой башке. Это не стили. Это просто инструменты - цимбалы, табла, индийская гармоника, скрипка (на которой играют и молдаване и индусы и цыгане), пианино, фисгармония, диджерриду(Австралия). На самом деле, аутентичные фолковые дела более-менее схожи. Поют по-разному (это уже от артикуляции больше зависит), инструменты разные (хотя аналогии можно найти), а мелодии сходны очень часто. Можно найти русские аутентичные песни спетые в каком-то безумном ладу, который, как кажется теоретикам, должен быть употребляем лишь в Индии.

Группа существует десять лет, что произошло за это время?

За десять лет существования группа сменила много шкур. Теперь - живем дальше. Каждый состав - это жизнь, отдельная, порою тяжелая, порой - веселая. По-разному. За десять лет мы не стали умнее, мудрее, старее - каждый период мы начинаем с новой строки.

Какие цели Вы ставили, создавая группу?

А никакие. Мне дан голос, талант - это дар, который человек должен применить по назначению. Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Талант - это небесплатно. Его надо отрабатывать - петь, писать стихи и пр. Так что, у меня не было выбора. Надо было петь, выступать, а значит, создавать коллектив, с которым можно было бы играть.

Получилось ли ?

Да, я записала около десяти альбомов, пытаясь честно передать голосом и текстом то, что я вижу. Я этого хотела и я именно это и сделала.

Расскажите о Вашей эволюции.

У меня нет эволюции - я просто рассказываю о _разных_ картинах. В духовном мире человека - эволюции нет. Есть эволюция в технике, например. Тут мы, конечно, продвигаемся вперед. Записываем альбомы технически более интересно. Если раньше мы придумывали альбомы, повторяющие то, что группа исполняет на концерте, то сейчас в голове рождается разноплановое обрамление песен. На последнем диске разные аранжировки, разные по звуку треки, но настроение единое. Это все касается формы.

Музыкальные критики по-разному определяют Ваш стиль : трип-хоп, рок, нью-вэйв, ворлд-мьюзик и пр.

Дело в том, что определения рождаются в голове музыкальных критиков. Я пою свои песни, моя группа играет музыку, а потом журналист, для того, чтобы написать статью, пользуется некими принятыми штампами. Мы - просто играем музыку. За десять лет через коллектив прошло около пятидесяти музыкантов. Они все, разумеется, разные, у каждого свои идеи, чувства и свое понимание того, как нужно контактировать с моими песнями. Каждый музыкант привносил свое понимание, свой талант. На стыке, рождалась музыка. То, что она разная в разные периоды времени - это от того, что в разные периоды времени с нами играли разные люди, от того, что на небе были разные звезды и пр. Никого же не удивляет то, что человек в разные периоды жизни ведет себя по-разному. А группа - это тоже живое существо. Оно видоизменяется. Даже труп видоизменяется.

Как Вы описываете нынешнюю Вашу музыку?

Сейчас существует две ипостаси группы "Рада & Терновник". Одна акустическая, в ней играют виолончелистка, фаготист, таблист, Анчевский на акустической гитаре, контрабасистка и я пою и играю на акустике. Это сложная музыка с множеством импровизаций, неожиданная, звучащая порой как симфонический авангард, порой как дарк-фолк, порой как еще что-то. Те же люди играют в электрическом варианте - контрабасистка берет безладовый бас, Анчевский меняет акустику на электрогитару, я перестаю играть на гитаре и только пою, таблист садится за ударные и мы играем жесткий тяжелый пост-панк.

Что повлияло на музыку в этом диске ?

Мы писали этот диск почти полтора года. Мы писали индийскую гармонику в одной из песен под непрерывный ливень за окном ("Липкие пальцы"), сводили во время жуткой жары, уже следующим летом. Все это, конечно влияло и вдохновляло и пр. Вдохновляет всегда раздирающее желание наконец-то закончить работу и воспроизвести как можно точнее ту музыку, которая звучит в ушах.

Расскажите о Ваших концертах.

Все наши концерты проходят по-разному. Важно то, что концерт - это возможность рассказать нечто не только словом и музыкой, но и напрямую. Просто - из глаз - в глаза. Это бывает тяжело, когда публика боится расслабиться и взять от тебя что-то, а бывает абсолютным счастьем, когда люди хотят услышать твой рассказ. Мы стараемся на сцене чувствовать друг друга, поддерживать импровизации, ощущать менящееся настроение. Поэтому важно, чтобы в группе были не просто хорошие музыканты, а правильные люди. Мы стараемся проживать на сцене каждую вещь как жизнь. За концерт бывает много жизней. У нас нет специального шоу - костюмов, кордебалета и пр. У нас нет театра, у нас есть сцена, которая оказывается между мирами, мы уже не здесь. Зрители могут смотреть на это существование "не здесь" отстраненно, а могут тоже быть не здесь и преображать себя и окружающее место в нечто нетленное и неземное. Для этого не надо усилий, для этого нужно отсутствие усилий.

Россия не предоставляет шансов для развития "индепендентной группе", как Вы умудряетесь расцветать в такой обстановке?

А никто и не расцветает. Просто у нас нет выбора. Я, например, физически не могу петь пошлый и глупый текст. Это правда. У меня физически пропадает голос. Так что, обо мне заранее позаботились, чтобы я не стала свиньей. Да и группа понимает, что легче жить на очень небольшие деньги и сталкиваться с массой трудностей, чем много кушать, жиреть и умереть сначала душой, а потом и телом. И прямо в ад. На самом деле, в России есть очень много людей, страдающих от того, что вокруг твориться безвкусица и пошлость. Мы поем для них. Эти люди узнают о наших концертах из интернета, находят наши диски и они счастливы, от того, что мы есть. Мне кажется, что приятней сделать несколько десятков людей счастливыми по-настоящему, нежели играть на дискотеке для сотен людей, которые поплясав часок, завтра забудут про тебя и в их жизни ничего не произойдет. Я ощущаю ответственность за эти несколько десятков людей. Поэтому, экономическую ситуацию приходится игнорировать.